Мастера и любители. История из жизни | Создавая мир руками
Они смотрели свысока, а мне хотелось утонуть

Они смотрели свысока, а мне хотелось утонуть

Я жила какое-то время в Москве и хотела там получить опыт в швейном деле, а точнее поработать конструктором или помощником конструктора. Как повезет. Мне надо было понять, каково работать не дома с клиентами за чашкой чая, а там в огромных зданиях, где куча машинок, разных приспособлений и столетия опыта.

Как знающая в вопросах трудоустройства, я сделала резюме на сайте и стала ждать. В один день мне вдруг позвонила девушка, сообщив, что небольшое производство в Москве как раз ищет конструктора на время декретного отпуска. Какая удача, ведь я как раз не хочу долго задерживаться в какой-то компании, но опыт получить мне удастся.

Когда я девушке объяснила, что умею и какими знаниями обладаю, то ждала вздох и фразу типа “спасибо, мы подумаем, скорее всего нужен более опытный человек”. Но она была так рада, что хоть кого-то нашла (это вам на заметку, что квалифицированных специалистов днем с огнем, как говорится) и пообещала мне собеседование с главной по тарелочкам.

И вот я уже на пропускном пункте в святую обитель производства трикотажной одежды. И именно здесь начинается моя история.

Я зашла в кабинет советского типа с приглушенным светом и серыми стенами. Везде лежали толмуды бумаг, видимо, на подпись. Куча книг прошлого века на полках, цветочки в горшках, разросшиеся до уровня пальм, и суровая женщина — главная в этом государстве.

Она смотрела на меня из под очков,создавая ощущение, что я — букашка под лупой. Ну собственно я ею и была, шла мимо, а тут она меня хвать и на стеклышко для детального расчленения.

Я мысленно варила в кипятке ту девушку, которая организовала сию пытку. “Вот она точно вообще не знает ничего про шитье и одежду, только воротничек от манжета, наверное, может отличить”, — крутилось в моей голове. Если б та несчастная понимала всю нелепость ситуации, то не стала б так меня уговаривать на эту встречу. Представьте слона и моську. Именно так я себя чувствовала в тот момент.

  • Ну и чего вы собственно пришли? — спросил мастодонт в юбке.
  • Так меня позвали, я не просилась. — пыталась я защитить свою честь.
  • Что вы вообще можете предложить? — продолжала она, отрывая мне крылышки, лапки и усики.
  • Я очень быстро соображаю. Да, не опытная, но в конструировании я была сильна во время учебы. — говорила я, не понимая, что меня еще ждет впереди.

Я надеялась увлечь на свою сторону железную леди молодым задором и желанием учиться.

От нее даже пахло профессионализмом и знаниями. Казалось, что меня просто снесет, как морозным ветром, когда посыпались колкие замечания по поводу моего образования и опыта. Она часто напоминала про бесчисленные годы, посвященные швейному божеству. Именно поэтому дослужилась до звания “инженер”. А я тут, выскочка, решила с боку-припеку и сразу на должность конструктора. Не намолила еще, коленей не натерла, божья тварь.

Вы наверное уже подумали, что я сбежала оттуда и вспоминаю как страшный сон. Не тут-то было.

Здесь столкнулись ее желание показать мне мое ничтожество и моя недальновидность и упертость. С барского плеча пани инженерка преподнесла мне тестовое задание:

  • Приходи завтра, да покажи, что можешь. Посмотрим, из какого ты теста.

Сглотнув от страха, я взяла все свое мужество в руки и начала готовиться к судному дню. Повторила все прибавки, формулы, перелопатила журнал “Ателье” на предмет конструирования трикотажных изделий. Скудно, я вам скажу, “Ателье” разобрал эту тему.

Когда мне страшно, я обычно собрана и готова к бою. И в этот раз все было стандартно. Я выбрала удобную одежду, взяла все свои материалы (а их на 4 большие папки), собрала все линейки в доме, наточила карандаши.

И опять передо мной советский архитектурный монстр с зевающей пастью. Самое удивительное,что девушка-конструктор, которая уходила в декрет, оказалась довольно милой и приветливой. Она показала мастерскую и рассказала немного про свою работу.

Тяжелая дверь отворилась и резко, словно ледокол, вошла пани инженерка. Грозно осмотрев меня, она занялась текущими вопросами с сотрудницами. Потом брезгливо достав рулон ужасной ткани мятного оттенка, кинула его на стол. Указала на него пальцем как собаке будку. Она порылась в нескончаемых бумагах, выхватила листок с эскизом и протянула мне.

  • Вот тебе тестовое задание. Давай, построй конструкцию и отшей. Я потом приду и проверю все. Увидим, чему ты там научилась на своих домашних заказах.

Сотрудницы хихикнули и разошлись по своим, видимо, будкам. Кто знает, может, она их также дрессировала.

А я принялась за дело. С трикотажем вообще у меня отношения сложные, неоднозначные. Знаете, бывает такая любовь, что вроде да, но и нет-нет, да нет. Вот и у нас с этой тканью так.

Я по двести раз заглядывала в свои записи, чертила, мерила, снова и снова все прокручивала в голове, строила 3D модели, анализировала. А по сути шила обычный халат с запахом. Но это был великий ХАЛАТ. Он должен был показать, Человек я или так, никчемная лжепортниха.

Когда манекен был облачен в эту тряпочку, я попросила позвать судью. К тому времени уже жутко хотелось есть, желудок просто сгибал меня в ракушку. В туалет я вроде бы выходила, а, может, и нет, не помню. Но усталость просто связала все мои конечности.

Вот она вошла также стремительно и грубо, каждый шаг продавливал пол и он кричал. Лишь слегка взглянув на манекен, она тут же устремилась к бумажной конструкции.

  • Ты кому эти писюльки тут оставила, что это такое? Кто ж тебя научил так строить? Ужас просто.— продолжила расчленение с пристрастием.
  • Нет, нам такой конструктор не нужен. Ну на что это похоже. А здесь почему так?
  • Как?
  • Не так! По чему ты тут строишь?
  • По Мюллеру.
  • Ммм. То и видно. Плодят тут бездарности, а ты на них время тратишь.

Диалог длился вечность. А я только думала, почему так жестоки те, кто знает к тем, кто хочет и стремится узнать? Ведь вся прелесть ручных профессий в передаче умений от одного к другому, но если их не передавать, то как же продолжать творить и развиваться? И еще много вопросов было, но они покружили роем и улетели далеко.

Наверное, я тоже иногда бываю такой высокомерной и заносчивой, хотя стараюсь избегать этого. А, может, это страхи остаться за бортом после пришествия молодых голов? Я не знаю. Больше мне не хотелось учиться на этом производстве. Позже мне повезло и я нашла тех, кому было не жаль дарить самое ценное в человеческом мире, но это уже другая история.

Я в тумане голода уже не слышала всего, что говорила эта женщина. Я просто сообщила, что благодарна за опыт и что увидела производство во всей его красе. На улице же шла и видела лишь полосатые трикотажные водолазки, шарфики ярких цветов и осенние деревья. Как же хорошо мне дышалось, и ветерок обдувал нежно, без намека на холод.

Поделиться статьей